• тифлисские ворота

Поиск

История Ставрополья в
1777г. когда князь Григорий Потемкин, занимавший тогда пост  наместника
Астраханского, Новороссийского и
Азовского, представил Екатерине II доклад
«Об учреждении
линии от
Моздока до
Азова»


Вехи истории

12 ноября 1834 года

Сенатский Указ «Об определении в Кавказскую область гражданского губернатора», в соответствии с которым к нему переходили полномочия по вынесению окончательных приговоров по уголовным делам. Военно-судные дела оставались в полномочии военного губернатора, который возглавлял общее областное управление.

Судебные преобразования в Ставропольской губернии

      Судебные уставы в различных частях страны вводились по-разному в течение 35 лет. В полном объеме судебная реформа была проведена лишь в центре страны, а в остальных регионах новые судоустройство и судопроизводство устанавливались со всевозможными ограничениями. Чем позже на той или иной территории начиналось преобразование суда, тем больше там было этих ограничений.

       В Ставропольской губернии новые судебные уставы стали применяться с 1868 г. Задержку наместник Кавказа М. Н. Романов объяснял отсутствием в губернии земских учреждений, что «потребовало некоторых временных изъятий из общих уставов»49. Предложения по введению новых уставов на Ставрополье были внесены Кавказским комитетом в Государственный Совет и утверждены Александром II указом от 9 декабря 1867 г. «О введении Судебных Указов 20 ноября 1864 года в действие в Ставропольской губернии». 

Утверждение российского правосудия в Ставропольской губернии


      В соответствии с указом Ставропольская губерния причислялась к округу Тифлисской судебной палаты. До введения в губернии земских учреждений мировые судьи назначались по представлению Кавказского наместника Первым департаментом Правительствующего Сената. До этого же времени все уголовные дела, изъятые из ведомства мировых судей, производились по правилам, установленным для производства дел в окружных судах без участия присяжных заседателей. Упразднялись Ставропольская палата уголовного и гражданского суда, а также Ставропольский и Пятигорский уездные суды. Все распоряжения по введению в действие судебных уставов в Ставропольской губернии возлагались на Главное управление Кавказского наместника.

        27 марта 1868 г. по решению Кавказского наместника судебные уставы 20 ноября 1864 г., дополнительные к ним законы об охранительном порядке судопроизводства и положения о нотариальной части 14 апреля 1866 г., на основаниях, вышеизложенных в императорском указе Правительствующему Сенату 9 декабря 1867 г., начали действовать в Ставропольской губернии.

        Открытие Ставропольского окружного суда было приурочено к 17 апреля, дню рождения императора Александра II. В этот день, 17 апреля 1868 г., в присутствии генерал-губернатора Ставропольской губернии Георгия Константиновича Властова, председателя окружного суда Матвея Пантелеймоновича Штукина, вице-губернатора и многочисленных чиновников был торжественно открыт Ставропольский окружной суд.

      Первым председателем Ставропольского окружного суда стал действительный статский советник М.П.Штукин, который возглавлял окружной суд в течение 13 лет, до 1881 г. К моменту введения судебных уставов в Ставропольской губернии он был председателем Ставропольской палаты уголовного и гражданского суда. Первоначальный состав суда включал председателя, его товарища, шесть членов, четырех судебных приставов, прокурора с двумя товарищами и секретарем. Для рассмотрения дел по существу назначалось по четыре заседания для рассмотрения уголовных и по два заседания для рассмотрения гражданских дел в неделю. Число таких заседаний уменьшалось только, во-первых, в каникулярное время с июня по сентябрь; во-вторых, во время выезда, в соответствии с наказом Ставропольского окружного суда, в течение мая и октября очередных сессий временного уголовного отделения в Пятигорск и иногда в другие места губернии; в-третьих, в дни очередных и экстренных заседаний общего собрания отделений суда, не менее двух раз в месяц.

          В соответствии с инструкцией начальника главного управления Кавказского наместника А. Николаи были открыты мировые суды. Ставропольская губерния была поделена на 8 судебных мировых участков, созданы два уездных съезда мировых судей: один в Ставрополе, куда входили судьи губернского города, а второй в Пятигорске, состоявший из судей Пятигорского и Новогригорьевского уездов.

Утверждение российского правосудия в Ставропольской губернии


Указ о назначении мирового судьи 1-го участка Александровского уезда Соколова мировым судьей 3-го участка Ставропольского мирового округа. 1876 г.

Форма присяги на должность судьи


Утверждение российского правосудия в Ставропольской губернии

Дело съезда мировых судей. 1877 г.


Сведения о личном и имущественном положении мирового судьи Т.И.Синкевича



     Мировые судьи в Ставропольской губернии назначались с отступлением от выборного начала, а только с соблюдением правил об образовательном цензе министром юстиции, которому принадлежало право делать изъятия из правил о несменяемости судей, однако каждый раз «…по испрошении Высочайшего разрешения». 

     На мировом судебном съезде 15 июля 1868 г. был выработан особый, «по местным соображениям», наказ о внутреннем распорядке и делопроизводстве в мировых судах губернии, который определил места их постоянного пребывания. 

     Представление о деятельности мировых судей дает дошедшая до нашего времени статистика движения дел у мировых судей и в мировом съезде Ставропольского судебного мирового округа. Став- ропольский округ рассматривал дела, подлежащие судебно-мировой юрисдикции в г. Ставрополе, в Ставропольском и Медвеженском уездах, с включением калмыцкого Большедербетовского улуса. Территория его ведомства занимала 177 646 кв. верст с населением 226 341 человек и его плотностью 12,8 тыс. человек на версту. 

      В 1870-е гг. округ был разделен уже на 5 мировых участков, из которых три находились в г. Ставрополе, а остальные два – в уездах. В Ставрополе, с прилегающими к нему деревней Юзефовкой, колонией Иоганенсдорф и селением Татарским, имеющими 29,956 тыс. человек населения, были образованы 3 судебно- мировых участка. Следовательно, на каждый приходилось в среднем 9952 тыс. человек. В 4-м участке – 77 517 человек, а в 5-м – 118 968 человек. Категории рассматриваемых дел были самыми разными. Они приведены в личном деле мирового судьи Т. И. Синкевича. Гражданские дела – о взыскании средств, о выселении, о сносе сруба, о признании завещания недействительным, о вводе во владение лица недвижимого имущества, об устройстве фотографического заведения без надлежащего разрешения властей. Уголовные дела – убийство, разбой, кража, поджог, подлог векселя, дача ложных показаний и др.

      Встречались и довольно интересные дела. Одно из таких – «Пчелы-убийцы». Дело о разбойном на- падении одной пчелиной семьи на пчел другой пасеки было настолько непонятным, что судьям его пришлось рассматривать дважды. С иском обратился пострадавший владелец пасеки из с. Московского. Однажды летним утром на его глазах огромное количество пчел, появившихся неизвестно откуда, налетели на его частную собственность и вступили в настоящий воздушный бой с местными пчелами. Разнять разъяренных насекомых было невозможно. Хозяин метался в поисках решения и придумал следующее. Он развел в воде мел, схватил пучок сена и стал кропить участников сражения. Битва окончилась победой налетчиков, удалившихся восвояси. Оборонявшиеся пчелы понесли тяжелые убытки: масса погибших усыпала луг, жизнь в некоторых пчелиных колониях оборвалась. Расстроенный пасечник отправился на поиски разорителей и в тот же день нашел их в ульях своего односельчанина: пчелки-разбойницы со следами высохшего мела уже мирно занимались своей основной деятельностью. Почти разорившийся после этого происшествия пчеловод подал в суд на коллегу из медового цеха и потребовал возместить убытки. Хозяина пчел-победителей подозревали в том, что он вывел особую породу пчел-убийц и дрессирует их для атак с целью разорения конкурентов. Но оказалось, что виновником оказался все-таки не он, а… пострадавший пасечник, который был неаккуратен при выемке меда, оставлял невымытой сладкую посуду. Чуткие к запахам пчелы прилетели к нему на участок с мирной целью – потрудиться, собрать мед. Но, встретив сопротивление, начали вести себя агрессивно. 

      В ходе судебного процесса адвокат Прозрителев доказал, опираясь на научные исследования, что побеждают пчелы того владельца, у кого они чище содержатся и лучше кормлены. Таким образом, пчеловод-обвинитель оказался в роли обвиняемого, его обязали содержать свою пасеку в чистоте и опрятности, и ущерб ему никто возмещать не стал…

      К каждому мировому судье в среднем в год поступало 948 дел, из которых он разрешал 709, или74,7%, и 8,7% поступало на апелляцию. Что же касается движения всех дел в Ставропольском судебно-мировом округе, то в этот же период оно характеризуется следующими данными:

Поступило:                                                              Решено:

в 1-м участке                                                              1077 дел, из них 1006, или 93,4%;

во 2-м участке                                                            1505 дел, из них 1138, или 75,6%;

в 3-м участке                                                              1015 дел, из них 720, или 70,0%;

в 4-м участке                                                              1593 дела, из них 982, или 61,6%;

в 5-м участке                                                              844 дела, из них 743, или 88,0% 58.

      В «Сборниках статистических сведений Министерства юстиции» за 1881–1890 гг. содержатся данные оценки съездов мировых судей. Эти же материалы свидетельствуют об оценке правильности решений мировых судей мировыми съездами или другими апелляционными инстанциями.

     Из этих статистических данных следует, что за 5 отчетных лет в губерниях Кавказского края отмененных решений было 22,7%, а в Ставропольской губернии – всего 10,6%. Это говорило о достаточно высоком профессионализме мировых судей Ставропольского судебного округа. 

     В своей деятельности Ставропольский окружной суд руководствовался помимо законодательных актов общего характера и локальными нормативно-правовыми актами, издававшимися им в целях урегулирования порядка судоустройства и судопроизводства в Ставропольской губернии, образования новых судебных мест. Центральное место среди этих актов занимал «Особый наказ Ставропольского окружного суда», рассмотренный в распорядительном заседании 16 января 1875 г. и в общем собрании суда 17 января 1875 г. 

     Так, в частности, в «Наказе» дается информация о составе, структуре Ставропольского окружного суда, о порядке ведения дел. Статья 1 Особого наказа определяла структуру окружного суда, состоящего из двух отделений: уголовного и гражданского. Одно из них возглавлял председатель Ставропольского окружного суда, другое – его товарищ, по согласованию. Состав отделений также был определен в «Наказе»: в уголовном отделении четыре члена суда, в гражданском – два. Этим же «Наказом» была регламентирована и финансовая деятельность окружного суда.

Утверждение российского правосудия в Ставропольской губернии

     9 марта 1881 г. первый председатель Ставропольского окружного суда Матвей Пантелеймонович Штукин умер. Временно исполняющим обязанности председателя суда, до назначения нового, стал статский советник Валерьян Станиславович Вержбицкий. Но уже 20 июля 1881 г. Ставропольский суд возглавил действительный статский советник Петр Яковлевич Бусло. Из формулярного списка мы узнаем, что П. Я. Бусло, 1832 г. р., происходил из семьи почтового служащего. После окончания юридического факультета Харьковского университета в 1865 г. поступил на службу в Харьковскую палату уголовного суда исполняющим должность секретаря. В 1867 г. стал старшим нотариусом Харьковского окружного суда, в должности которого проработал до 18 ноября 1868 г. С этого момента он судебный следователь того же суда. Высочайшим приказом от 7 августа 1870 г. П. Я. Бусло был назначен членом Бакинского окружного суда. 11 февраля 1872 г. становится товарищем председателя Эриванского окружного суда. С 1874 г. Петр Яковлевич – член Тифлисской судебной палаты, где проработал вплоть до своего назначения председателем Ставропольского окружного суда. Товарищами (заместителями) председателя Ставропольского окружного суда в разные годы были Павел Семенович Хлопонин (1894–1898 гг. ), Виктор Францевич Полкотыцкий (1898–1900 гг.), Седрак Абгарович Дадьянц (1901–1909 гг.). 

     Пройдя сложный период становления, Ставропольский окружной суд за 25-летний период (1868– 1893) на заседаниях рассмотрел 57,1 тысячи уголовных и 25,6 тысячи гражданских дел. Судебные приставы взыскали в пользу государства 66,3 тыс. рублей. Это свидетельствует об эффективности принятых преобразований. 

     Следует отметить, что работа судебной системы была объектом пристального внимания со стороны государственных структур. В отчетах ставропольских губернаторов в отдельных разделах рассматривались не только динамика преступлений в Ставропольской губернии, но и делались выводы о причинах падения нравов, увеличения числа преступных деяний. В этом плане особенно показателен Всеподданнейший отчет Ставропольского губернатора за 1881 г. В нем, в частности, приводятся данные о состоянии преступности за отчетный период: «…в 1881 г. в уездах Ставропольской губернии было совершено всех уголовных преступлений 1135.

Из этого числа совершено:

Смертоубийств                                         73

Поджогов                                                   60

Разбоев                                                     84

Воровства лошадей и другого скота       492

Кража другого имущества                        264

Остальных преступлений                        62

Итого                                                         1135»

     Приведя статистические данные, губернатор обращает внимание на то, что «уменьшить это зло од-ними полицейскими мерами, указываемыми законом, совершенно невозможно… необходимо самоеширокое содействие со стороны судебных учреждений. К сожалению, нельзя не сознаться, что гу-бернское начальство может пользоваться таким содействием в весьма слабой степени… По штатам,ныне действующим на всю Ставропольскую губернию, с населением в 650 000 с лишком душ обоего

пола, притом распределенных на обширном пространстве в 60 307 квадратных верст, имеется только 9 мировых судей и 12 судебных следователей, причем один мировой судья приходится на 74 тыс. душ и 6 600 квадратных верст и один судебный следователь на 54 тыс. душ и на 5 025 квадратных верст. Если же принять во внимание, что двое мировых судей и двое судебных следователей заняты исключительно производством дел, возникающих в городе Ставрополе, имеющем 35 тыс. жителей, то отношение числа мировых судей и судебных следователей к числу жителей и к пространству занимаемого ими района окажется еще менее благоприятным… Очевидно, что при таком, несоответственном количеству населения и пространству занимаемой им территории, числе агентов судебной власти, даже и при самом добросовестном и умелом исполнении ими своих обязанностей, у них должна накопляться масса дел выше их сил, что влечет за собой медленность судопроизводства и совершенную невозможность для судей и следователей относиться с одинаковым вниманием к каждому отдельному делу. 

     Последствием такого ненормального положения следственной и судебно-мировой части в губернии являются крайняя медленность в решении дел, несвоевременное присуждение наказаний и нередкое оправдание конокрадов… 

     Дурные последствия недостатка судебных следователей и мировых судей усугубляются еще и не вполне удовлетворительными служебными качества некоторых из этих лиц. Кроме того, немало способствует медленности и несовершенству в производстве дел у мировых судей также и неправильное распределение мировых участков». 

     Отчет ставропольского губернатора Николая Егоровича Никифораки за 1888 г. дает еще более печальную картину увеличения количества преступлений, рассмотренных Ставропольским окружным судом. Только за 1888 г. в суде было рассмотрено 404 уголовных дела, на 29 дел больше, чем в 1887 г. По ним было осуждено 537 мужчин и 47 женщин. На первом месте стояли дела, связанные с похищением чужого имущества «посредством разбоя, грабежа, кражи и мошенничества», – 119, или 29,7% всех дел (на 26 дел больше,чем в 1887 г.). По 45 делам за неуважение к присутственным местам и чиновникам при отправлении должности (ст.ст. 276–288) было осуждено 50 мужчин и 6 женщин. За убийство (45 дел) было осуждено 50 мужчин и 5 женщин (на 23 осужденного больше, чем в 1887 г.). 37 дел было рассмотрено по статьям 1477– 1496 – нанесение увечий, ран и других повреждений здоровью. Представляет определенный интерес и такая категория дел, рассмотренных Ставропольским окружным судом, как превышение и бездействие власти – по ним было осуждено 25 человек по 23 делам64. 

     В 1889 г. в 1-м мировом участке Ставропольского округа слушалось дело по обвинению крестьян Попраскина и Еленина, мещанина Усатова и запасного рядового Руднева в конокрадстве. Выяснилось, что две лошади были украдены у крестьянина Братченко в ночь на 22 мая 1889 г., после чего последний, разыскав лошадь и найдя воров, обратился в суд для наказания виновных и возмещения ущерба (уздечки). Решением мирового судьи Синкевича все трое были признаны виновными и приговорены к шести месяцам тюремного заключения, с возмещением Братченко ущерба – украденной уздечки66. Казалось бы, рядовое дело, однако следует обратить внимание здесь на тот факт, что Ставрополье было аграрным регионом с преимущественно крестьянским населением, для которого лошади, быки являлись необходимым сельскохозяйственным инвентарем. 

     В рассматриваемое нами время конокрадство приобрело небывалые размеры. На это было обращено пристальное внимание властей. В том же отчете ставропольского губернатора за 1881 г. отмечалось, что «общее число преступлений по отношению к численности народонаселения губернии вообще не особенно велико и не превышает среднего количества преступлений в большинстве губерний, находящихся в наиболее благоприятных условиях, [то] … преобладающим в губернии преступлением является кража лошадей и другого скота. Если, с одной стороны, сравнительно незначительное количество преступлений может, до некоторой степени, свидетельствовать об удовлетворительной нравственности населения,

Обложка дела Ставропольского съезда мировых судей

"О службе мирового судьи 2-го участка Ставропольского округа Т.Казимова". 1871-1881 гг.

то с другой – особенное развитие конокрадства и кражи скота не должно служить к ослаблению такого вывода, так как развитие сих последних преступлений находит себе объяснение отчасти в присутствии в Ставропольской губернии кочевых инородцев, в особенности калмыков, у которых эти преступления издревле считались ремеслом, дававшим богатство и почет, а не преступлением. От них же этот вредный порок был заимствован и некоторой частью русского пришлого населения в больших селах, расположенных на значительных друг от друга расстояниях, степная безлесная местность, дающая возможность быстро и беспрепятственно перегонять украденный скот во все стороны, по пустынным местам, и, наконец, легкость сбыта украденного скота калмыкам Астраханской губернии, находящимся в постоянных сношениях с конокрадами и скотокрадами Ставропольской губернии». 

      Но все же следует отметить, что новая судебная система, введенная в Ставропольской губернии, несмотря на ряд недостатков в ее практическом проведении и внедрении судебных уставов 1864 г., действовала достаточно эффективно. 

      6 июля 1894 года императором Александром III было утверждено мнение Государственного совета «О приведении в действие высочайше утвержденных, 12 июля 1889 г., законоположений о преобразовании крестьянских и судебных учреждений в Ставропольской губернии». 

      В Ставрополе вместо мировых судей с 1 октября 1894 г. вводились две должности городского судьи, назначаемые министром юстиции. В таком виде, с незначительными изменениями в составе, судебные органы, образованные на основании закона 1889 г., просуществовали в Ставропольской губернии до начала ХХ в.