• тифлисские ворота

Поиск

ПЕРВЫЙ СОСТАВ СТАВРОПОЛЬСКОГО ОКРУЖНОГО СУДА

Штукин М.П. – Председатель Ставропольского окружного суда

Аверкиев Д.Ф. – Товарищ (помощник) председателя Ставропольского окружного суда

Синельников В.Н. – Прокурор Ставропольского окружного суда

Вехи истории

24 июля 1822 г. 

Указ «О переименовании Кавказской губернии областью и о назначении уездного города Ставрополя областным городом». Указ предусматривал передачу производства всех судных дел по округам на уездные суды; предоставление залинейным народам права рассматривать гражданские споры на основании прежних обычаев или под наблюдением особо назначенных для этого чиновников, в уголовных же преступлениях подвергать военному суду; подчинение Моздокскому и Кизлярскому комендантам городской и земской полиции в этих округах.

Волостные, станичные Волостные, станичные и суды инородцев

В ставропольских селах действовали и волостные суды, однако вне вновь созданной судебной системы, так как их деятельность регулировалась «Общим Положением о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» от 19 февраля 1861 г. Волостной суд создавался как суд сословный, однако законом не воспрещалось лицам других сословий также «отыскивать удовлетворения в волостном суде»  . В его состав входили судьи, которые избирались ежегодно на волостном сходе в количестве от 4 до 12 человек, между которыми устанавливалась очередь в отправлении судейских обязанностей (не менее 3 человек в одном присутствии суда). Вознаграждение судьям устанавливалось по усмотрению волостного схода, при этом шло не за счет общественных сумм, а путем сбора с истца или виновного (50– 75 коп.). Кроме того, судьи освобождались от натуральных повинностей и телесного наказания.

Суд решал дела о тяжбах до 100 рублей, мог приговаривать к штрафу до 3 рублей, аресту до 7 дней и телесному наказанию (до 25 ударов розгами). В качестве наказания в случае мелкого воровства вора водили по всему селу, надев на него украденные вещи. В волостном суде разбор дел часто оканчивался по настоянию судей миром. Вот как проходила эта процедура: «Младший кланялся в ноги старшему, прося у него прощения, последний в свою очередь делал то же, и вслед за этим тяжущиеся вместе с судьями шли в кабак пить «мировую». Если стороны не желали мириться, то суд выносил свое решение и записывал его в шнуровую книгу.

В казачьих станицах на основании Высочайше утвержденного Положения от 3 июня 1881 г. «Об общественном управлении станиц казачьих войск» функционировал станичный суд, состоявший из двух инстанций: первой – суд станичных судей (4–12 судей), и второй (апелляционной) – суд почетных судей (на две или более станицы, в составе 3–6 судей). Как волостные, так и станичные суды решали дела по вознаграждению за убытки или ущерб, все споры и тяжбы ценой до 100 рублей. Станичный суд имел право выносить приговоры по маловажным проступкам, предусматривавшие штраф не более 6 рублей, арест не свыше 8 дней или общественные работы на тот же срок. Для занятия общественных должностей предусматривался возрастной ценз: почетные судьи – не менее 45 лет, станичные судьи – не менее 33 лет  . Кассационной инстанцией для станичных судов являлось областное правление.

Такое количество судов, по мнению самих судей, являлось слишком большим не только для «простого мужичка», но даже для юриста. Крестьяне и казаки, подсудные вышеперечисленным низшим судебным инстанциям, пытались судиться не в них, а в общих судебных установлениях. Так как в мировой суд дело попадало лишь в том случае, если оно превышало установленные для местных судов суммы, то сельское и казачье население даже по незначительным убыткам предъявляло иск на сумму 101 рубль, что позволяло рассматривать дело только мировым судьям. Это лишний раз свидетельствует о более высокой квалификации органов правосудия, созданных реформой 1864 г.

Действие судебных уставов 1864 г. распространялось не на все население Ставропольской губернии. Сложный национальный и социальный состав Ставропольской губернии, в которой сохранялись кочевые улусы, привел к новым ограничениям в судебных уставах. Если в русских частях края существовавшие ранее палаты уголовного и гражданского суда, Ставропольский и Пятигорский уездный суды, после 17 апреля 1868 г. упразднялись, то в районах кочевий калмыков, ногайцев и туркмен сохранялись и старые улусные суды , однако их компетенция была ограничена

Несмотря на введение в 1868 г. в Ставропольской губернии новой судебной системы, инородцы продолжали управляться по особым правилам, которые в области судопроизводства формулировались следующим образом:

«Исковые дела инородцев, кочующих в Ставропольской губернии, на которые не распространено действие Общего Положения о крестьянах, разбираются первоначально через посредников и внутренним управлением инородцев, на основании их обычаев и обрядов; когда тяжущиеся будут недовольны решением, если иск превышает тридцать рублей, кочевые инородцы разбираются, по принадлежности, в мировых и общих судебных установлениях. Решения по сим делам основываются на степных законах и обычаях инородцев. При недостатке сих законов прилагаются общие постановления. Разбор частных дел между инородцами в спорах, обидах и притязаниях производится по законам гражданского судопроизводства, а порядок судопроизводства о преступлениях и проступках определяется законами уголовного судопроизводства».

В 1869 г. в управление Ставропольской губернии был переведен Большедербетовский улус. Источник свидетельствует, что «всю калмыцкую степь в Ставропольской губернии в новых ее пределах кочующими по оной калмыками Большедербетовского отдельной части Малодербетовского улусов, с их управлениями, а равно и учреждением в пределах сей степи станиц из государственных крестьян, передать из ведомства Астраханского губернского начальства в ведение Ставропольского губернского начальства.

Таким образом, Большедербетовский улус и часть Малодербетовского передавались в управление ставропольского начальства. Право выбора места жительства оставалось за калмыками. Они стали подчиняться «Приставу Магометанских народов, кочующих в Ставропольской губернии, под наблюдением тамошнего Гражданского Губернатора, согласно последовавшему 21 октября 1869 года Высочайшему повелению и затем, сему Главному Приставу именоваться впредь Главным Приставом кочующих народов Ставропольской губернии» . Таким образом, калмыки передавались в общее управление с ногайцами и туркменами. Помимо административной перестройки преобразованиям подвергалась и калмыцкая судебная система – калмыцкий суд Зарго.

Полномочия Зарго значительно ограничивались. Так, некогда значительный орган не только судебной, но и административной власти у калмыков превратился в одну из низших ступеней российской судебной системы. Согласно циркуляру наместника Кавказа «О введении в действие судебных Уставов в Ставропольской губернии», Зарго «сохраняет отныне лишь круг действий сельской расправы на основаниях, изложенных в Высочайше утвержденном Положении 19 февраля 1861 года». Аналогичное положение наблюдалось и у других кочующих инородцев Ставропольской губернии.